Estel Flashback
[Идем и сделаем что-нибудь такое, чего мы не можем сделать]
Название: Жадность
Фэндом: Бродячие псы - литературные гении
Персонажи: Фрэнсис С.К. Фицджеральд, НЖП
Жанр: AU, повеседневность, психология
Статус: серия драбблов
Рейтинг: G

Ослепительно-белые стены, холодный электрический свет, сосредоточенные люди в лабораторных халатах - а посреди всего этого стерильного царства установлен внушительных размеров металлический шар, опутанный змеиной сетью проводков, с многочисленными окошками-иллюминаторами, с торчащими в разные стороны трубами, напоминающими оружейные стволы.

Разумеется, несмотря на внешнее сходство с как-нибудь боевым летательным аппаратом, это всё же не корабль пришельцев. Но тоже нечто весьма интересное – и, главное, перспективное.

- Как вы только что имели возможность убедиться, мистер Фицджеральд, наш экспериментальный аппарат для создания ультравысокого вакуума способен...

Брюнетка в тёмно-синем халате, проводящая презентацию, справляется неплохо. Говорит убедительно, напористо, чётко и даже умудряется не слишком часто утомлять слушателей мозгодробящими очередями научных терминов. Правда, сейчас, когда дело идёт к финалу, напряжение всё-таки сказывается - и вот уже руки приходится сцепить за спиной, чтобы скрыть лёгкую дрожь.

- Мы абсолютно уверены, что при условии достаточного финансирования мы уже в течение этого года добьёмся...

- Что ж, тогда не стоит откладывать дело в долгий ящик. Обрисованные вами блестящие перспективы меня весьма впечатлили - а для окончательной обсуждения всяких мелких вопросов я завтра направлю к вам кого-нибудь из моих помощников, чтобы на следующей неделе мы уже могли подписать договор.

Ошеломлённый взгляд девушки, которая явно настроилась на длительные переговоры, доставляет Фицджеральду истинное наслаждение. Конечно же, он приехал сюда уже с готовым решением, принятым на основании нескольких независимых друг от друга экспертных заключений, и только после тщательной негласной проверки финансовой отчётности этого исследовательского института – но ему всегда нравилось создавать у людей впечатление, будто он этакий азартный игрок, принимающий решение мгновенно и во всём полагающийся на удачу.

- Мистер Фицджеральд, это... Это прекрасно! Мы надеемся, что вы... Но наша смета на ближайшие полгода...

А вот здесь стоит добавить рассчитанно-небрежный жест рукой.

- Ваша смета меня полностью устраивает. На самом деле, я готов даже несколько надбавить выше запрашиваемой вами суммы. Разумеется, при условии, что я буду полностью контролировать, на что пойдут средства.

Далее, как и ожидалось, стройный ход деловой беседы постепенно нарушился – сменившись чередой сердечных рукопожатий и пожеланий дальнейшего взаимовыгодного и долгосрочного сотрудничества.

Что ж, теперь всё должно пойти как по маслу. Все вокруг, несмотря на всю свою научную логику, лишь с трудом справляются с эмоциями, боятся спугнуть удачу, торопятся воспользоваться неслыханной щедростью эксцентричного американского миллиардера. Так что с самого начала им можно навязать некоторые условия, которые им покажутся неважными, но для самого Фицджеральда имеют ключевое значение – например, постоянное присутствие прямо здесь, в этом центре, кого-нибудь из его людей. Возможно, на первых порах кое-кто из руководства ещё будет проявлять подозрительность – но лишнюю бдительность всегда легко усыпить, посулив какие-нибудь очередные "блестящие перспективы".

И закончится всё точно также, как и всегда. Фицджеральд не просто вложит деньги в успешный проект – он поймёт, как выдавить отсюда всех остальных сильных игроков, как получить полный контроль над всем финансированием, как расставить на руководящие посты своих людей и избавится от нежелательных. Чтобы в конце концов весь этот исследовательский институт, все его нынешние и будущие проекты, вся его заслуженная слава и блестящая репутация, и даже мозги и судьбы всех работающих здесь талантливых людей – всё это богатство принадлежало ему и только ему одному, и он мог распоряжаться им по своему усмотрению.

А пока это дело созревает и готовится принести богатые плоды – Фицджеральд не обойдёт своим вниманием и другие перспективные проекты. Через полтора часа в воздух поднимется самолёт, который унесёт его на противоположную сторону земного шара, в Аргентину...

Когда Фицджеральда негодующе вопрошают, когда же он наконец остановится, когда его триумфально разрастающуюся бизнес-империю сравнивают с ненасытным чудовищем, немилосердно проглатывающим и переваривающим всё, что только попадается на пути - он только смеется в ответ, легко и беззаботно, без малейшего чувства вины, но с лёгким оттенком превосходства. Он просто не понимает, как можно удовлетвориться достигнутым – да и не желает понимать. Пока существует хоть что-то, что пока что не идет само ему в руки – он будет пытаться это поймать и сделать своим.

Название:Зависть
Фэндом: Бродячие псы - литературные гении
Персонажи: Джон Стейнбек
Жанр: AU, повеседневность, психология
Статус: серия драбблов
Рейтинг: G

Джон Стейнбек не стыдится ни дешёвых рубашек, ни того, что по ботинкам уже очень видно, что они куплены в позапрошлом году. Он нисколько не смущается своего безнадёжно провинциального акцента и спокойно встречается взглядом с официантом, когда в очередной забегаловке привычно заказывает самое дешёвое, что есть в меню. Он любит долгие пешие прогулки, и искренне радуется тому, что это помогает экономить на транспорте.

Ведь всё это позволяет ему высылать больше денег семье.

На самом деле, удерживаться от лишних трат очень легко. Необходимо только всё время напоминать себе о том, на что пойдут те деньги, которые ты сэкономил.
Некупленный журнал, которого всё равно хватило бы лишь на пару вечеров – цена за то, чтобы кто-нибудь из из малышей купил себе сахарную вату. Отказался от субботних походов в кино – и через три месяца сестра сможет купить себе новые ботинки. Сократил количество приёмов пищи с трёх до двух в день - и через полгода удастся скопить на ремонт протекающей крыши.

Возвращаясь в свою маленькую съемную комнатку в предместье, Стейнбек устало проходит мимо сочащихся навязчивым изобилием витрин торговых домов, мимо кричащей роскоши особняков и лимузинов, мимо красиво одетых и беззаботно-оживлённых людей, собирающихся скоротать вечер в каком-нибудь ресторане, кино, театре или клубе.
Гнев, который преже при виде несправедливости кружил голову и горячил кровь получше любого вина, теперь тихо свернулся в жилах, загустел и перебродил в какое-то другое чувство. Менее взрывоопасное и более целеустремлённое. Хотя и горькое, словно яд.

Возможно, он слишком заигрался в свою маленькую игру «обменяй ненужное на нужное». Теперь он уже просто не может перестать подсчитывать, что на что можно обменять. Причём даже тогда, когда речь шла вещах, принадлежащих другим людям.

Вот за те золотые часы, посверкивающие на руке у самоуверенно вышагивающего бизнесмена можно оплатить несколько лет обучения в колледже. А вот тот нелепый белый лимузин, слишком огромный для города, наверняка часто застревающий в пробках, стоит столько же, сколько новенький дом в благоустроенном пригороде...

Почему общество устроено столь нелепо? Почему богатство этого мира принадлежат тем, кто разменивают его на пустышки?

Джон Стейнбек не жаждет богатства. Он просто чем дальше, тем сильнее убеждается, что почти всем вещам придумал бы куда лучшее применение, чем их нынешние глупые владельцы.